ДОКТОР ПЕТРА ДИТЕР ИССЛЕДУЕТ ТРАГЕДИЮ ВОЙНЫ ЗА РЕБЕНКА УЧИТЕЛЯ РОДА МАККОЛЛА

  

Доктор философии Петра Дитер — отмеченный наградами кинорежиссер и общественный деятель. В качестве  режиссера она снимала фильмы во многих жанрах, уделяя особое внимание использованию визуального повествования. Будучи жертвой жестокого обращения с детьми и домашнего насилия, она увлечена созданием социального механизма для защиты жертв. Ее фильм «Возрождение» о  домашнем насилии завоевал более двух десятков международных наград и был показан на фестивалях по всему миру. Фильм повлиял на новое законодательство о принудительном контроле в Калифорнии. За свой последний документальный фильм «Родительское отчуждение: Последствия» она получила награду в номинации «Лучший фильм»  на кинофестивале Golden State 2022 и премию за лучший образовательный фильм на фестивале мультикультурного кино «Вселенная» 2022 года. Она является основателем Института «Жертва героя», где  предоставляет ресурсы и поддержку жертвам неблагополучных семейных отношений, повышает осведомленность общественности и оказывает поддержку системных и социальных изменений. Сайт - https://victimtohero.com

 

 

21 октября 2011 года Родни Макколл получил новость, которую он так надеялся получить: он получил опеку над своим сыном Эриком Хейслеттом-Макколлом. После, по его словам, «долгой, трудной и жестокой битвы за развод и опеку», Макколл получил полную опеку над своим сыном, а его бывшая жена Хейслетт-МакКолл была лишена родительских прав. День должен был закончиться победой Родни Макколла, но вместо этого 21 октября 2011 года закончился тоской. «Тихий воздух позднего утра» сменился треском трех выстрелов. Карен Хейслетт-МакКолл дважды выстрелила в 8-летнего Эрика, а затем убила себя.

 

Источник https://www.youtube.com/watch?v=xn8dD-QL20g

Опубликовано  27 сентября 2022 г.

 

В честь Национального дня памяти жертв убийств 25 сентября мы провели интервью в прямом эфире с Родом Макколлом, отчужденным отцом, чей семилетний сын был убит отчуждателем - его бывшей женой. ВНИМАНИЕ: это интервью содержит дискуссии, которые могут показаться слишком волнующими  некоторым зрителям. Это мероприятие организовано Институтом «Жертва героя». Ведущая — доктор Петра Дитер.

 

 

Петра Дитер.  Сегодня история посвящена тому, когда родительское отчуждение убивает, поэтому, прежде чем мы действительно углубимся в эту историю, вы должны знать, что то, что мы обсуждаем сегодня, может быть очень тревожным и волнующим, это очень трагическая история. Так что этот вопрос на ваше усмотрение,  это совет, чтобы вы знали, если вы считаете, что это будет для вас слишком волнующим, я бы посоветовала вам не смотреть это, так что будьте осторожны, когда смотрите это.

Меня зовут Петра Дитер, и сегодня мы хотели взять интервью у отчужденного отца, который трагически потерял своего 7-летнего сына, которого убила отчуждающая его мать, и это очень страшная и сложная история, о которой можно долго говорить. Поэтому я хотела сначала рассказать о конце этой истории.  Привет, Род, большое спасибо за желание поделиться своей историей. Вы очень смелый, хотя я не думаю, что это вообще правильное слово для характеристики человека, который потерял свою семью. Я думаю, что мы сейчас мы дадим краткое изложение вашей истории, и затем у меня есть структурированный набор вопросов, потому что я хочу применить пятифакторную модель, которую специалисты  обычно используют в судебно-медицинской экспертизе, чтобы проанализировать и диагностировать отчуждение родителей. А затем мы пройдемся и поговорим о 17  стратегиях отчуждения, а затем мы поговорим о том, какие были  проявления отчуждения у ребенка. Так что, пожалуйста, расскажите нам, что произошло.

 

Род Макколл. Она подала на развод в марте 2010 года, пока меня не было дома.  Она пошла и наняла адвоката, и она сказала, что мы собираемся заключить мировое соглашение по-дружески, и это вроде как хорошо. Ну, в любом случае, я пошел навестить своих родителей, вернулся, и она  как раз собирала все мои  вещи и сказала, что у меня есть сарай для хранения. Поэтому я перевез кучу вещей. Все вроде начиналось  хорошо, пока я не начал задавать вопросы  о том, что она делала.  Ее парень переехал в дом примерно через 10 дней после того, как она выгнала меня, и первые пару месяцев было немного тяжело встречаться с Эриком, потому что он был  в детском саду. Я подумал, пусть пройдет лето. Потому наступает осень, и начинается школа, он учится в первом классе, ну, а потом все начинает разваливаться она начинает играть  во всякие игры ну, не позволяет мне  принести  Эрику игрушки или одежду. Это немного расстраивало, потому что она была профессором в колледже, а я был учителем в средней школе, и она зарабатывала намного больше  денег. Я пытался начать, начать заново с нуля, но тогда в октябре мне позвонили из CPS и они хотели меня опросить, поэтому я пошел к ним, тогда я впервые узнал, что она заявила, или Эрик заявил о сексуальном насилии, и это не понятно  откуда взялось. Она подала на развод в середине марта 2010 года, а уже была первая половина октября.

Я как-то  случайно проезжал мимо,  потому что  моя квартира  и  их дом  были всего в нескольких милях друг от друга, и поэтому я вышел из магазина, там был торговый центр, я увидел их в кабинете врача, и поэтому я подошел и спросил что происходит,  кто болен. Эрик начинает мне складно говорить: «Папочка, почему ты заставляешь маминого парня уехать из дома, я ненавижу твоего адвоката»,  и все такое. Это меня сбило с толку.  Я удивился, почему он знает о таких вещах. Это было за пару недель до того, как мне позвонили из CPS. Я пришел и объяснил, что мать Эрика уже раньше подавала заявление по поводу того, что я так сильно его отшлепал, что оставил отпечаток ладони на его заднице. Они расследовали, но  даже Эрик не смог подтвердить эту историю, поэтому я напомнил им об этом и сказал, что она имеет опыт в таких  делах, у нее есть опыт работы в полиции, она была офицером полиции. Я сказал, что она имеет степень магистра социологии, степень доктора криминологии и преподает виктимологию в одном из местных университетов. Я сказал, что она здесь играет в свою игру. Сотрудницей CPS была молодая девушка,  23-24 года, наверное.  Она мне не поверила, и это было во вторник, в четверг они пошли и взяли показания  у Эрика в школе. Мне позвонили в четверг вечером и сказали, что их решение вступает  в силу немедленно и что я больше не могу пойти навестить  Эрика, мое посещение было отложено. Я иду на работу в пятницу, меня приводят к директору, и он говорит, что мы собираемся отпустить вас прямо сейчас в отпуск, из-за этих расследований и обвинений. Поэтому я ушел в неоплачиваемый административный отпуск.

УИЛЬЯМ КРИЛЛ МЛ. НЕЙТРАЛИЗАЦИЯ НАРЦИССА

 

Уильям Э. Крилл млаший получил степень бакалавра наук в области консультирования по вопросам психического здоровья в Университете Ганнона в 1981 году, степень магистра наук в области пастырского консультирования в колледже Нойманн в 1986 году. Он является  лицензированным профессиональным консультантом. Его практика называется «Нежное консультирование» и находится в Алтуне, штат Пенсильвания, США. Его  практика сосредоточена на общих консультациях, депрессии, тревоге, парах, помощи жертвам насилия, вопросах опеки над детьми  и ЛГБТ, имеет опыт работы в судебной психологии в гражданских делах об опеке над детьми  более 30 лет.

 

НЕЙТРАЛИЗАЦИЯ  НАРЦИССА

 

Источник https://wehavekids.com/family-relationships/Establishing-and-Holding-Clear-Boundaries-With-A-Narcissist

Последнее обновление 15 июля 2016 г.

 

Как установить и поддерживать четкие границы с нарциссом

 

Природа зверя

 

 

Хотя лучший способ установить и удерживать четкие границы с нарциссом - это прекратить все контакты, но это не всегда возможно по целому ряду причин. Те, у кого есть ребенок от нарцисса, или когда нарцисс является его близким кровным родственником, например, родитель или брат или сестра, скорее всего, должны будут хотя бы время от времени иметь принудительный контакт с нарциссом.

 

 

Доктор психологии Крейг Чилдресс  является лицензированным клиническим психологом  частной практики из США, специалистом по детской и семейной терапии, судебным экспертом по родительскому отчуждению. До прихода в частную практику докторр Чилдресс работал  в качестве главного врача детского центра экспертизы и лечения, в основном работая с детьми из приемной семьи. Кроме того, он работал детским  психологом в Детской больнице округа Ориндж. Автор статей и книг по проблеме родительского отчуждения. Оппозиционер и критик по отношению к преобладающему равнодушию специалистов по психическому здоровью к проблеме родительского отчуждения. Сайт -  https://drcachildress.org/

ДОКТОР КРЕЙГ ЧИЛДРЕСС. ПАТОЛОГИЯ «НАРУШЕНИЯ ГРАНИЦ» ИЛИ «ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ИНЦЕСТ» ПРИ РОДИТЕЛЬСКОМ ОТЧУЖДЕНИИ

Источник https://drcraigchildressblog.com/2017/02/06/understanding-the-pathology/

Опубликовано в 2017 г.

 

Отношения с изменением ролей

Отношения с изменением ролей - это отношения, в которых ребенка используют для удовлетворения эмоциональных и психологических потребностей родителей.

В нормальных и здоровых детско-родительских отношениях  ребенок использует родителя для удовлетворения своих эмоциональных и психологических потребностей.

В нормальных и здоровых отношениях между родителями и детьми родитель выступает в качестве «регулирующего объекта» для ребенка.

В нормальных и здоровых отношениях между родителями и детьми, когда ребенок расстроен и огорчен (дисрегулируется), родитель действует успокаивающими и структурирующими способами, чтобы вернуть ребенка в эмоционально и поведенчески организованное и регулируемое состояние. Родитель действует как «регулирующий объект» - также называемый «регулирующий другой» - для ребенка.

Это нормально и здорово. Ребенок использует родителя для удовлетворения своих потребностей. Родитель - это внешний «регулирующий другой» для ребенка.

Однако в отношениях с чередованием ролей эти нормальные и здоровые отношения между родителями и детьми переворачиваются с ног на голову. В отношениях с чередованием ролей родитель использует ребенка для удовлетворения эмоциональных и психологических потребностей родителя.

ДОКТОР КРЕЙГ ЧИЛДРЕСС. НАРЦИССИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ В КОНФЛИКТНОМ РАЗВОДЕ

 

Доктор психологии Крейг Чилдресс  является лицензированным клиническим психологом  частной практики из США, специалистом по детской и семейной терапии, судебным экспертом по родительскому отчуждению. До прихода в частную практику докторр Чилдресс работал  в качестве главного врача детского центра экспертизы и лечения, в основном работая с детьми из приемной семьи. Кроме того, он работал детским  психологом в Детской больнице округа Ориндж. Автор статей и книг по проблеме родительского отчуждения. Оппозиционер и критик по отношению к преобладающему равнодушию специалистов по психическому здоровью к проблеме родительского отчуждения. Сайт -  https://drcachildress.org/

 

 НАРЦИССИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ В КОНФЛИКТНОМ РАЗВОДЕ

Источник https://drcachildress.org/wp-content/uploads/2019/11/The-Domestive-Violence-of-Parental-Alienation-Childress-2016.pdf

Опубликовано в 2016 г.

 

Домашнее насилие происходит в более широком межличностном контексте власти, контроля и доминирования, и эти качества межличностной власти, контроля и доминирования проявляются в нарциссически организованных чертах расстройства личности.

«Отчуждающий» родитель находит выражение в процессе «родительского отчуждения». В патологии, традиционно называемой «родительским отчуждением», предполагается выражение нарциссически организованной патологии расстройства личности «отчуждающего» родителя (Чилдресс, 2015), и эта патология представляет собой вариант домашнего насилия. Вместо того чтобы  использовать  физически кулаки для избиения целевой жертвы, насильник в случае  «родительского отчуждения» использует ребенка; и вместо физического насилия в случае «родительского отчуждения» использует эмоциональное насилие. В случае  насилия «родительского отчуждения» насильник со злобой использует любовь целевого родителя к ребенку как оружие, чтобы причинить ему огромные тяжелые эмоциональные и психологические страдания. Патология «отчуждение родителей» - это форма домашнего насилия.

 

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ОТЧУЖДАЮЩИМ РОДИТЕЛЕМ ПРИЕМОВ ИНФОРМАЦИОННОЙ ВОЙНЫ В СЕМЕЙНЫХ ВОЙНАХ ЗА ДЕТЕЙ

 

В моем журнале рассматривается проблема отчуждения родителя, которая прямо связана с информационной войной, особенно в случаях обращения в суд. Одержимый отчуждающий родитель пытается из чувства непреодолимой враждебности и ненависти к целевому родителю нанести ему сокрушительный удар, погубить его. Но не физически убить, а разрушить его репутацию, оклеветать, подавить его волю, запугать путем такого комплексного воздействия на его психику довести до самоубийства,  психического расстройства, либо серьезного психосоматического заболевания (инфаркта, инсульта и пр.)

Вот как характеризуют поведение отчуждающего родителя Клавар и Ривлин в объемном исследовании «Дети-заложники» (по статье Линды Готлиб о терапии воссоединения при тяжелом родительском отчуждении, 2020):

«Родители, занимающиеся программированием и промыванием мозгов, привыкли к конфликтам. Это означает, что они провоцируют, способствуют конфликту, а некоторые живут этими конфликтами (как говорил доктор Ричард Гарднер, это их modus vivendi, образ жизни). Они  становятся более напряженными и возбужденными по мере роста социальной и правовой напряженности вокруг детей. Существует почти привыкание, как качество в их реакции на конфликт - чем больше конфликтов, тем больше они стимулируют этих родителей; тем больше они нуждаются в конфликтах, и порог увеличивается .... Это происходит потому, что они получают психологические и социальные бонусы от конфликта. Их конфликт часто планируется (с.288).

            Родители, занимающиеся программированием и промыванием мозгов, усугубляют социальные конфликтные ситуации ... Это ими используется, чтобы вызвать выгорание, отчаяние  и, в конечном итоге, психологическое истощение противника, т.е другой стороны, втянутой в  конфликт (с. 274-275).

            Вышеупомянутые родители, занимающиеся программированием и «промыванием мозгов», используют «ковровую бомбардировку» против своих противников. Для этих родителей характерно нападать на всех без исключения людей, которые как им кажется, поддерживает целевого родителя (стр.275). Такой эффект приводит  к большим расходам денег, времени, энергии и беспокойству у всех сторон. Это часть их социального насилия, социопатического стиля поведения. Такое поведение обычно устойчиво к внешним воздействиям и обычно не прекращается, пока не появятся мощные санкции (финансовые и юридические) за необоснованный судебный процесс и/или передачу опеки целевому родителю. Даже тогда они не могут остановиться. (с.275)».

Вот что пишет известный исследователь феномена родительского отчуждения доктор Дженифер Харман об использовании власти отчуждающего родителя над ребенком для принудительного контроля целевого родителя в статье ДИНАМИКА ВЛАСТИ ПРИРОДИТЕЛЬСКОМ ОТЧУЖДЕНИИ:

«Дисбаланс во власти создается отчуждающими родителями с использованием моделей стратегий принудительного контроля для получения или сохранения контроля и доминирования над целевым родителем, например, с использованием преследований, угроз и запугивания.

В результате такой психологический климат создает страх и лишает отчужденных родителей власти, заставляя их чувствовать, что их поведенческие возможности ограничены - они боятся действовать из-за страха потерять своих детей, получить травму или понести какую-либо другую форму ущерба.

Эта  динамика оставляет для целевых родителей небольшой выбор вариантов поведения, что, по сути, делает их бессильными.

Если целевой родитель уходил, он рисковал потерять все, тогда отчуждающий родитель говорил  детям, что другой родитель их бросил. Если целевой родитель защищался, это тоже могло плохо кончиться, т.к.  сторонние наблюдатели (например, судебные чиновники) считали, что родители-жертвы несут такую же ответственность за создание конфликта»

Власть и контроль были главной целью в  кампании по отчуждению родителей»

По существу используется метод «коллективного газлайтинга» против целевого родителя с участием вовлеченных лиц, а если отчуждаемый родитель не осознает этого, то практически не может себя защитить. Поэтому еще раз повторю слова известного американского семейного психотерапевта Сьюзан Хейтлер в отношении борьбы с родительским отчуждением  «ЗНАНИЕ – СИЛА».

Владимир Яковлев, основатель и владелец издательского дома "Коммерсантъ", первый главный редактор одноименного издания, живущий ныне в Израиле, рассказал в 2015 г. о пяти методах, используемых в целях информационной войны с противником, которым обучали студентов журфака МГУ. Самое любопытное, что данные методы активно используются «одержимыми» (и в прямом и в переносном смысле) отчуждающими родителями, в основном женщинами (как утверждают Клавар и Ривлин в объемном исследовании «Дети-заложники», 2013), которые не учились в МГУ и чаще всего  не могли знать о подобных методах. Однако именно этими методами успешно доводят целевых родителей до полного разрушения психического здоровья или самоубийства. Где же они могли этому научиться? Неужели самоучки? Но методы-то не такие уж и элементарные, чтобы самому научиться…Большинство тяжелых случаев отчуждения ребенка от отца обязательно предполагает использования эффективных методов «информационной войны». Этими методами ребенка превращают в зомби, который не только оскорбляет и унижает своего родителя, но даже может его убить, испытывая к нему непреодолимую ненависть. Этими методами манипулируют вовлеченными в судебные дела лицами (психологами/психиатрами, сотрудниками опеки, судьями и сотрудниками правоохранительных органов), которые становятся союзниками отчуждающего родителя в его непримиримой войне. Все это разрушительно действует на психику целевого родителя и опосредовано  на его физическое здоровье в виде  возможных психосоматических заболеваний.

ВЛАДИМИР ЯКОВЛЕВ. МЕТОДЫ ИНФОРМАЦИОННОЙ ВОЙНЫ

            Источник https://www.inpearls.ru/author/33473

            Опубликовано в 2015 г.

«Я учился на журфаке МГУ, у нас была военная кафедра. В обстановке секретности нас учили боевой спецпропаганде — искусству сеять раздор в рядах противника с помощью дезинформации и манипуляции сознанием.

Страшное, доложу вам, дело. Без шуток.

Боевая, или «черная», пропаганда допускает любое искажение реальных фактов ради решения пропагандистских задач. Это эффективное оружие, используемое с единственной целью вышибания мозгов противнику.

 

Метод «гнилой селедки». Метод «перевернутой пирамиды». Метод «большой лжи». Принцип «40 на 60». Метод «абсолютной очевидности».

Все эти методы и техники вы тоже знаете. Просто не осознаете этого. Как вам и полагается.

Нас учили использовать техники боевой спецпропаганды против солдат армии противника.

 

Вот, например, метод «гнилой селедки». Работает так. Подбирается ложное обвинение. Важно, чтобы оно было максимально грязным и скандальным. Хорошо работает, например, мелкое воровство, или, скажем, растление детей, или убийство, желательно из жадности.

Цель «гнилой селедки» вовсе не в том, чтобы обвинение доказать. А в том, чтобы вызвать широкое, публичное обсуждение его… НЕсправедливости и НЕоправданности.

Человеческая психика устроена так, что, как только обвинение становится предметом публичного обсуждения, неизбежно возникают его «сторонники» и «противники», «знатоки» и «эксперты», оголтелые «обвинители» и ярые «защитники» обвиняемого.

Но вне зависимости от своих взглядов все участники дискуссии снова и снова произносят имя обвиняемого в связке с грязным и скандальным обвинением, втирая таким образом все больше «гнилой селедки» в его «одежду», пока наконец этот «запах» не начинает следовать за ним везде. А вопрос «убил-украл-совратил или все-таки нет» становится главным при упоминании его имени.

 

Или, например, метод «40 на 60», придуманный еще Геббельсом. Он заключается в создании СМИ, которые 60 процентов своей информации дают в интересах противника. Зато, заработав таким образом его доверие, оставшиеся 40 процентов используют для чрезвычайно эффективной, благодаря этому доверию, дезинформации.

Во время Второй мировой войны существовала радиостанция, которую слушал антифашистский мир. Считалось, что она британская. И только после войны выяснилось, что на самом деле это была радиостанция Геббельса, работавшая по разработанному им принципу «40 на 60».

Очень эффективен метод «большой лжи», который немного похож на «гнилую селедку», но на самом деле работает иначе. Его суть заключается в том, чтобы с максимальной степенью уверенности предложить аудитории настолько глобальную и ужасную ложь, что практически невозможно поверить, что можно врать о таком.

Трюк здесь в том, что правильно скомпонованная и хорошо придуманная «большая ложь» вызывает у слушателя или зрителя глубокую эмоциональную травму, которая затем надолго определяет его взгляды вопреки любым доводам логики и рассудка.

Особенно хорошо работают в этом смысле ложные описания жестоких издевательств над детьми или женщинами.

Допустим, сообщение о распятом ребенке за счет глубокой эмоциональной травмы, которую оно вызывает, надолго определит взгляды получившего эту информацию человека, сколько бы его потом ни пытались переубедить, используя обычные логические доводы.

 

Но особенно почитал наш бодрый полковник метод «абсолютной очевидности», дающий хоть и не быстрый, но зато надежный результат.

Вместо того чтобы что-то доказывать, вы подаете то, в чем хотите убедить аудиторию, как нечто очевидное, само собой разумеющееся и потому безусловно поддерживаемое преобладающим большинством населения.

Несмотря на свою внешнюю простоту, этот метод невероятно эффективен, поскольку человеческая психика автоматически реагирует на мнение большинства, стремясь присоединиться к нему.

Важно только помнить, что большинство обязательно должно быть преобладающем, а его поддержка абсолютной и безусловной — в ином случае эффекта присоединения не возникает.

Однако если эти условия соблюдаются, то число сторонников «позиции большинства» начинает постепенно, но верно расти, а с течением времени увеличивается уже в геометрической прогрессии — в основном за счет представителей низких социальных слоев, которые наиболее подвержены «эффекту присоединения».

Одним из классических способов поддержки метода «абсолютной очевидности» является, например, публикация результатов разного рода социологических опросов, демонстрирующих абсолютное общественное единство по тому или иному вопросу. Методики «черной» пропаганды, естественно, не требуют, чтобы эти отчеты имели хоть какое-то отношение к реальности.

Я могу продолжать. Учили нас вообще-то целый год, и список методов довольно велик. Важно, однако, не это. А вот что. Методы «черной» пропаганды воздействуют на аудиторию на уровне глубоких психологических механизмов таким образом, что последствия этого воздействия невозможно снять обычными логическими доводами.

«Большая ложь» достигает этого эффекта с помощью эмоциональной травмы. Метод очевидности — через «эффект присоединения». «Гнилая селедка» — за счет внедрения в сознание аудитории прямой ассоциации между объектом атаки и грязным, скандальным обвинением.

Проще говоря, боевая спецпропаганда превращает человека в зомби, который не только активно поддерживает внедренные в его сознание установки, но и агрессивно противостоит тем, кто придерживается иных взглядов или пытается его переубедить, пользуясь логическими доводами. Иначе, собственно, и быть не может.

Все методы боевой спецпропаганды объединяет единая цель. Она заключается в том, чтобы ослабить армию противника за счет внесения в ее ряды внутренней розни, взаимной ненависти и недоверия друг другу».

 

Вот пример успешно проведенной информационной войны с отчуждением целевого родителя от детей и использованием «промывания мозгов» детям и вовлеченным в семейный конфликт при разводе официальным лицам путем ложных обвинений целевого родителя в сексуальном насилии над детьми. Для информационной войны с целевым родителем и «промывания мозгов» были использованы все вышеуказанные Владимиром Яковлевым приемы. Матерью детей героя истории путем использования технологий «информационной войны» были «промыты мозги» или одурачены или обмануты психологи, правоохранительные органы, органы опеки, суды, которые стали невольными участниками войны на ее стороне против отца детей. Также нужно знать, что использование информационной войны на поражение – это, по выводам исследования  Клавара и Ривлин «Дети-заложники» - прерогатива женщин: «Женщины участвуют в программировании и «промывании мозгов » больше, чем мужчины: примерно от 75 до 80% обнаруженных программ и «промывания мозгов» было выполнено женщинами. Этот вывод оставался относительно неизменным на протяжении почти 34 лет исследований. У этих различий есть множество социально-исторических, культурных, психологических и экономических причин».

Когда говорят: «Ну это всего лишь ложь», то не понимают какую силу имеет ложь в судебных процессах о детях. Герой нижеприведенной истории упоминает о краеугольном камне всех подобных судебных процессов: «Попробуйте найти психиатра, который может внимательно  выслушать, прежде чем давать заключение и, главное,  честен  и смел и любит поиск истины».

 

ПРИМЕР УСПЕШНОЙ ИНФОРМАЦИОННОЙ ВОЙНЫ В ХОДЕ ОТЧУЖДЕНИЯ ОТЦА ОТ ДЕТЕЙ (ИЗ ИТАЛЬЯНСКОЙ ПРЕССЫ)

 

Источник https://www.tempostretto.it/news/storia-mi-chiamo-sono-medico-ero-padre-innocente-trattato-mostro.html.

Опубликовано 7 января 2019 г

Это правдивая история. Это жизнь в аду человека, обвиняемого в том, что он монстр, хотя он был полностью оправдан в отношении самых ужасных обвинений. Но он не может видеть своих детей в течение многих лет, детство которых прошло в залах суда.

Трудно сказать, какое  из его испытаний было самым  тяжелым. Судебный процесс по клеветническим обвинениям, который  завершился через 4 года с полным оправданием, или тот факт, что его рассматривали как монстра в течение 8  или даже в течение 10 лет, и ему пришлось защищаться в трех судебных  процессах (по уголовному делу, по гражданскому делу, по обвинению в растлении несовершеннолетних) или, наконец, жить, не видя детей.

История доктора А. начинается как история всех семейных пар: с любви. Он является известным  врачом, который успешно работает  за рубежом  в одной из самых престижных клиник мира. Через несколько лет он возвращается в Мессину (провинция Италии) со своей женой. Тем временем у него рождаются  два сына. Брак в 2008 году вступает в период кризиса и начинается юридическая  борьба по алиментным обязательствам, важному пособию на содержание, потому что бывшая жена не работает. В августе 2010 года он получил судебное постановление и с ноября начинается  его кошмар.

«Целая  команда полицейских пришла ко мне домой с обыском. Моя бывшая жена сообщила в полицию  о сексуальном насилии над моими детьми с моей стороны. Мой ад начался. Полицейские занимались расследованиями в течение нескольких месяцев, но ничего не нашли, потому что я был  невиновен. Меня унижали и обращались как с монстром. Восемь лет ада».

Его дважды хотели подвергнуть  аресту, но неудачно, потому что следствие не представило суду достаточных доказательств. Однако и после этого следствие  было возобновлено после заявлений учителя его детей. Испытательный срок, несмотря на  заявления детей, дает отрицательный результат, но, тем не менее, обвинение не снимается  до суда.

Процесс начинается в 2013 году и заканчивается в 2017 году с его полным оправданием.

Поскольку ему приходилось защищаться от обвинений в сексуальном насилии  над  детьми, решение по ограничению его общения с детьми было принято  гражданским судом, этим решением ему было запрещено право на посещение своих детей. С 2010 по 2015 год он никогда не видел своих детей.  После прекращения расследования по уголовному делу, судья по гражданскому делу позволяет ему разговаривать с детьми только по телефону час в неделю, но вскоре мать прерывает этот контакт. Тем временем он стал для всех «монстром».

Даже для его двоих детей начинается Голгофа, но отличающаяся от его искушений. В то время как он борется, чтобы защитить себя от обвинений, двое детей подвергаются десяткам экспертиз, которые время от времени истребует суд от консультантов, психологов, психиатров, социальных работников, от магистратов, которые занимаются уголовными, гражданскими и ювенальными делами, и принимают участие в его  судебных делах.

Медленно, однако, что-то меняется.  Попробуйте найти психиатра, который может внимательно  выслушать, прежде чем давать заключение и, главное,  честен  и смел и любит поиск истины… В Суде судьи, выслушивая свидетелей и консультантов, начинают выстраивать  действительную картину происходящего.

На самом деле случилось так, что в конце 2014 года судья разрешил отцу встретиться со своими детьми на нейтральной территории, в присутствии представителей социальной службы и  матери детей. Встреча состоялась в 2015 году, но как только социальные работники в своем заключении  указали на хорошие отношения между детьми и их отцом, как только стало ясно, что они были рады снова увидеть его, мать прервала эти посещения под наблюдением и обвинила сотрудников социальной службы в некомпетентности и сговоре.

Именно это привело к тому, что один из мировых судей по делу о сексуальном насилии связался с национальным экспертом по этому вопросу, известным и авторитетным психиатром, который написал два заключения  по этому делу, одно в 2016 году и одно в марте 2018 года.

Уже в 2016 году профессор описал то, что указывалось и  ранее в заключениях  психологов Мессины и социальных служб. Существует сильный риск PAS, синдрома отчуждения родителей, который возникает, когда дети вовлекаются в конфликт между родителями. Дети, опасаясь гнева  или причинения обиды  своей матери, не проявляют своих эмоциональных потребностей и оказывают ей поддержку, используя так называемые «заимствованные сценарии» поведения. В 2016 году у детей  наблюдаются  начальные  симптомы PAS, а продолжение родительского конфликта рискует их усилить.

Приговор первой инстанции оглашается 11 октября 2017 года, в нем указано   на абсолютное  отсутствие доказательной базы. Доктор А. оправдан, потому что факты, по которым он обвинялся,  не существуют в действительности. Прокуратура не подает апелляцию, и в сентябре 2018 года приговор вступает в силу.

Несмотря на «отпущение грехов» доктору А., мать предотвращает любые контакты отца с детьми. Затем в марте 2018 года судебного психиатра снова вызывают в суд для написания второго отчета, в котором указывается, что в этот момент у двух детей могут развиться психические  расстройства в связи  с отчуждающим  поведением их матери, которая предотвращает любой контакт детей с отцом. Психиатр предлагает  подготовить детей для  размещения в доступной гетеросексуальной семье или общине.

В сентябре 2018 года оправдательный приговор становится окончательным. В те же дни мать с детьми покинула Мессину  без согласия отца детей и  перевезла двоих детей  в другой регион . Для доктора А. мучения  начинаются заново.

Доктор  А. все еще живет в аду, понимая, что детям его продолжают преподносить как монстра. Он до сих пор их не видит и должен ходить с папками ьумаг, чтобы каждый раз все объяснять и доказывать, что он не монстр.

Все это   очень плохо и для двух его детей, которые не имели нормальных и здоровых отношений с отцом с 2008 года. В течение 5 лет они не видели его и были обмануты искаженным взглядом на реальные факты. С 2010 по 2018 год они провели свое детство в залах судебных заседаний, в беседах с психиатрами и социальными работниками. Те редкие случаи, когда они играли в мяч с отцом или обнимали его, были не дома, а в  чужом месте и на глазах у незнакомых людей.

У них не было детства, их использовали только в качестве оружия, их учили ненавидеть, они были жертвами системы. Они не только потеряли право на отца, они потеряли право на безмятежность, детство, любовь. Доктор А. на протяжении 10 лет регулярно покупает подарки своим детям на Рождество, Пасху и на дни рождения. У него есть комната, полная документов, которые, как он надеется, однажды удастся вместе с ними выбросить.

«Я не вижу своих детей, это уничтожает меня каждый день, детям  очень плохо, но я все еще связан по рукам и ногам. Они чувствуют себя брошенными мной. Они не знают, как я боролся, и  борюсь сейчас. Я не сдаюсь. Но мне нужен кто-то, чтобы помочь мне показать правду этим детям. Помогите мне».

 

СТАТЬИ ПО ТЕМЕ

СТЭНЛИ КЛАВАР И БРИНН РИВЛИН. ЧТО ТАКОЕ «ПРОМЫВАНИЕ МОЗГОВ» И ПРОГРАММИРОВАНИЕ

ДОКТОР СТЭНЛИ КЛАВАР. ДЕТИ-ЗАЛОЖНИКИ: «ПРОМЫВАНИЕ МОЗГОВ» ДЕТЯМ В ПРОЦЕССЕ  ОТЧУЖДЕНИЯ РОДИТЕЛЯ

АДВОКАТ ЧАРЛЬЗ ПРАГНЕЛЛ. ТАКТИКА И УЛОВКИ АГРЕССИВНЫХ ПСИХОПАТОВ В СИСТЕМЕ СЕМЕЙНОГО ПРАВА

ДОКТОР ЭМИ БЕЙКЕР. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ СТРАТЕГИИ СЕМЕЙНОЙ ВОЙНЫ ЗА ОТЧУЖДЕНИЕ РЕБЕНКА ОТ РОДИТЕЛЯ

ДОКТОР ДЖЕЙН МЕЙДЖОР ОБ ОТЧУЖДАЮЩИХ РОДИТЕЛЯХ

 Джейн Мейджор, доктор философии, 1937-2012

            Доктор Джейн А. Мейджор основала агенство  Major Family Services и стала автором известной книги «Прорывное воспитание: перевод семьи из борьбы в сотрудничество». Она была признанным на национальном уровне специалистом по воспитанию родителей, динамичным и вдохновляющим оратором, автором и консультантом по оптимальным семейным отношениям.

            Джейн А. Мейджор являлась также основателем организации «Стоп родительскому отчуждению детей» и автором многочисленных статей о родительском отчуждении и синдроме родительского отчуждения. В своем агентстве Breakthrough Parenting Services в Лос-Анджелесе она специализировалась  на занятиях по обучению родителей и консультировании лиц, которые рассматривают свои дела в суде по семейным делам. Ее последняя статья - «Причины, издержки и противоречия родительского отчуждения и синдрома отчуждения родителей».

ИЗ СТАТЬИ "КАК РОДИТЕЛИ УСПЕШНО БОРОЛИСЬ С РОДИТЕЛЬСКИМ ОТЧУЖДЕНИЕМ"

Источник: http://www.majorfamilyservices.com/parents-who-have-successfully-fought-parental-alienation-syndrome-by-jayne-a-major-phd.html

Почему отчуждающие родители ведут себя так?

           Я считаю, что отчуждающие родители в своем социальном развитии застряли на первой стадии развития ребенка, где изучаются навыки выживания.

            Для них полный контроль над своим ребенком - это вопрос жизни и смерти. Поскольку они не понимают, как угодить другим людям, не умеют сопереживать, не имеют эмпатии. Они не умеют давать; они только умеют брать. Они не играют по правилам и вряд ли будут подчиняться решениям суда.

            Характеристики, которые обычно используются для описания тяжелых  случаев отчуждения родителей, заключаются в том, что отчуждающий родитель не может «индивидуализировать» (психологический термин, используемый, когда человек не может видеть ребенка отдельным человеком от себя). Они часто описываются как «чрезмерно связанные с ребенком» или «запутанные».

            Родитель может быть диагностирован как нарциссичный (эгоцентричный), когда  он предполагает, что у него есть особое право на то, что он хочет. Они думают, что в жизни есть правила, но только для других людей, а не для них.

            Также такого родителя  можно назвать социопатом, что означает человека, у которого нет совести и моральных принципов. Это люди, которые не могут испытывать сочувствие или сострадание к другим. Они не могут увидеть ситуацию с точки зрения другого человека, особенно с точки зрения его ребенка. Они не делают различий между тем, чтобы говорить правду и ложью так, как это делают другие.

            Несмотря на предостережения судей и специалистов по психическому здоровью, остановить отчуждение, они самостоятельно не могут это сделать. Прогноз для сильно отчуждающих родителей очень плохой. Вряд ли они способны «получить это». Также маловероятно, что они когда-либо прекратят попытки отчуждения. Это мучительный вопрос выживания для них.

 

Как ребенок оказывается вовлеченным в отчуждение родителей?
 

            Целевой родитель должен понимать, что случилось с ребенком, который  когда-то был ласковым и любящим, а теперь стал необъяснимо враждебен. Вспомните приведенное ранее определение Гарднера: «это расстройство вызвано  не только« промыванием мозгов или программированием со стороны одного из родителей, но было дополнено тем, что он называет «своими собственными вкладами, сделанными ребенком в поддержку кампании клеветы  отчуждающего родителя против целевого родителя». Это не будет отчуждением родителей в тяжелой форме этого расстройства, если ребенок не  присоединяется к отчуждающему родителю в его кампании очернения и клеветы. Ребенок разделяет психоз отчуждающего родителя.

 

Как это происходит? 

     При рождении дети полностью зависят от родителей, обычно от матери, для удовлетворения всех своих потребностей. Это неотъемлемая часть нормального развития ребенка, который должен быть объединен со свом  основным попечителем, и очень маленькие дети не имеют отдельной идентичности от  этого  попечителя.

            Одна из ролей матери - помогать ребенку развиваться как отдельному человеку, поэтому младенчество и детство становятся серией задач обучения тому, как стать независимым. Например, научиться возвращаться ко сну, есть, учиться ходить в туалет и соблюдать гигиену.

            Вместо того, чтобы продвигать эту независимость, отчуждающий родитель поощряет продолжающуюся зависимость. Родитель может настаивать на том, чтобы спать вместе с ребенком, кормить ребенка («Мне легче, если я это сделаю») и заботиться об этом дольше, чем требует нормальное развитие ребенка. Эта «порча» может не казаться правильной ребенку, но у него недостаточно сил эго, чтобы что-то с этим сделать.

            Отчужденная мать не может представить, что отец способен планировать время ребенка, который находится  на его попечении. Поэтому она устраивает несколько вещей, которые ребенок может делать, находясь в доме отца. Один из наиболее распространенных способов сделать это - записать ребенка на постоянные уроки без разрешения отца.

            Родитель может даже указать, кого ребенок может видеть и не видеть, особенно конкретных членов расширенной семьи ребенка со стороны отца. Мать отчаянно хочет контролировать время, когда ребенка нет рядом с ней.

            Одной из самых необычных ситуаций, с которыми я столкнулась, был отец, который забрал своих сыновей в 9:00 утра в субботу на выходные. Он обнаружил, что его очень взволнованные мальчики были настроены на поездку в Диснейленд на тот день, когда эта идея даже   не приходила ему в голову.

            Одна теория о том, почему мать будет действовать таким образом, заключается в том, что когда отец берет на себя долю совместной опеки, это все равно что просить ее отдать часть своего тела. Одна мама сказала: «Он собирается забрать  мою правую руку и взять ее на выходные». Т.е. мать испытывает такое чувство, что теряет большую  часть того, кем она является как личность. Она чувствует себя раненой, сломанной, разрушенной.

Почему отчуждение родителей является двойной связью для ребенка?
 

            Когда дети проводят время с отцом и наслаждаются этим, они оказываются в двойной связи. Понятно, что они не могут сказать матери, что папа хорошо к ним относится или что они веселились вместе. Они хотят общаться с отцом, но не смеют. Они выясняют, у кого есть сила и власть, и  выживание детей требует от них поддержки этой силы и власти. Поэтому дети расскажут матери обо всем, что им не понравилось во время, проведенном с отцом, что добавит ей уверенности в том, что им не нравится быть с ним. Эти дети чувствуют, что должны защищать мать. То же самое верно, когда отчуждатель является отцом. Ребенок будет избегать выражения своих ласковых чувств к матери.

 

Семейная волатильность
 

       Это нестабильные семьи. Отец, возможно, действительно отшлепал ребенка или набросился на мать физически или эмоционально. Изолированная (никому не видимая) болезнь может превратиться в холокост. Один отец отшлепал своего капризного  ребенка и оказался в тюрьме по обвинению в жестоком обращении с детьми, после чего последовало шестинедельное испытание для определения его вины. Суд  оправдал его  через 20 минут. Но оправдательный приговор не успокоил  мать ребенка. 

            Ненависть отчуждающего родителя не может иметь границ. Самая тяжелая  форма отчуждения родителя демонстрирует  все самые  ужасные обвинения, в том числе заявления о домашнем насилии, преследовании и сексуальном насилии  над ребенком. Многие отцы говорят, что в Департамент по делам семьи и детей неоднократно обращались с жалобами на жестокое обращение с детьми и отсутствие заботы о них.

            В большинстве случаев следователи сообщают, что они не нашли ничего плохого. Тем не менее, внушающий родитель считает, что эти сообщения не выдумка, а очень, очень реальные. Этот родитель  может описать все ужасы происходящего очень подробно. Независимо от истинной правды, по его (ее)  мнению, это случилось.

            Большинство отчужденных отцов, с которыми я работаю, постоянно смущаются этой ложью. "Как она может так лгать?" Они не понимают, что эта ложь не основана на рациональном мышлении. Отчуждающие родители  не способны понять разницу между тем, что является правдой, и тем, что они   хотят, чтобы  было правдой. Жизненно важной частью борьбы с отчуждением родителей является понимание серьезности психологического расстройства, которое является его источником.

Наследование в поколениях

            Эту  проблему делает очень сложной, тот факт, что отчуждение родителей в неблагополучных семьях часто является наследственным. Почти всегда у отчуждающего родителя  есть люди в семье, которые поддерживают отчуждение. Это может быть мать, отец или дедушка, которые поощряют борьбу. Они могут оказать финансовую поддержку таким родителям или даже предоставить огромные суммы денег для финансирования судебных разбирательств. Это является еще одним доказательством для отчуждающего родителя, что он или она прав в том, что он/она делает.

 

Когда ребенок находится в роли терапевта родителей
 

            Отчуждение продвигается еще дальше, когда отчуждающий родитель использует ребенка в качестве личного терапевта. Ребенку он рассказывает о каждом неудачном происшествии и негативных чувствах к отчужденному родителю с большими подробностями. Ребенок, который уже связан с родителем, потому что его  собственная личность все еще не сформирована и не отделена от родителя, легко воспринимает негативные чувства  родителя. Они становятся общими  с этим родителем и ребенок чувствует, что должен быть защитником отчуждающего родителя от недостойного целевого родителя.


ПОЛНЫЙ ТЕКСТ СТАТЬИ - ДОКТОР ДЖЕЙН МЕЙДЖОР. КАК БОРОТЬСЯ С РОДИТЕЛЬСКИМ ОТЧУЖДЕНИЕМ

АДВОКАТ ЧАРЛЬЗ ПРАГНЕЛЛ. ТАКТИКА И УЛОВКИ АГРЕССИВНЫХ ПСИХОПАТОВ В СИСТЕМЕ СЕМЕЙНОГО ПРАВА

 

Источник:  https://www.thetcj.org/social-work/the-tactics-and-ploys-of-psychopath-aggressors-in-the-family-law-system  статья Чарльза Прагнелла, независимого семейного адвоката

01.03.2011

За двадцать лет, в течение которых я консультировал родителей, детей и их юрисконсультов по нескольким сотням дел по вопросам семейного права, меня часто спрашивали: «Почему детям так часто предписывают вступать в контакт и даже отдают  опеку родителям, которые надругались над ними и совершали насилие в отношении своих супругов»?

Ответ на этот вопрос не прост и включает изучение положений  законов о семье, в которых подчеркивается важность того, чтобы дети имели обоих родителей в своей жизни после развода, а практика судебных  процессов зачастую имеет очень четкие гендерные предубеждения.

Но одна из наиболее выдающихся и последовательных особенностей судебного разбирательства, касающегося отношений с детьми после развода, - это поведение обычно одной из сторон, которое можно идентифицировать как четко соответствующее определению психопатии / социопатии.

Основными личностными качествами психопата являются превосходство и нарциссизм. Такой  человек должен по его убеждениям полностью контролировать (т.е. иметь власть, управлять) свое окружение и всех людей, которые являются частью этого окружения или могут служить целям психопата в целях поддержании его личного контроля.

Психопат способен использовать как агрессивный гнев, так и пассивный гнев с хитростью (манипуляцией), чтобы достичь своих целей управления людьми и ситуацией.Примерами такого противоправного  поведения является психологическое  насилие в отношении бывшего интимных партнеров с часто присущим ему жестоким обращением  с детьми, направленное на то, чтобы заставить друзей, родственников и специалистов поверить в то, что истинный агрессор и отчуждатель детей совершенно безвреден и действительно очень психически  здоров  и дружелюбен. Однако, если ему мешают достичь этих целей, пассивный психопат может быстро превратиться в агрессивного.

Вот  основные тактики и уловки психопата в судебных процессах:

1. отрицание правонарушений при наличии убедительных  доказательств;
2. отказ брать на себя ответственность за свое поведение и действия;
3. минимизация имеющихся инцидентов  и их  последствий;
4. обвинение других лиц;
5. искажение информации, фабрикация, приукрашивание информации и доказательств по делу;
6. минимизация всей информации и доказательств в отношении собственных правонарушений;
7. заявления о статусе жертвы, утверждения того, что истинная жертва является  агрессором;
8. проекция своих действий и поведения на жертву; например, именно жертва психопата  жестоко обращается / игнорирует детей / злоупотребляет алкоголем или наркотиками. Это основано на убеждении психопата, что атака - лучшая форма защиты.

Показания  друзей, родственников и профессионалов во многих случаях предельно ясны, и определяются тем, что некоторые психиатры, психологи и эксперты/ свидетели из членов семьи были обмануты такой тактикой и уловками психопата. Их сообщения, конечно же делаются  в пользу психопата и  имеют очень значительное влияние на суды и их определения. Очень часто имеющиеся  явные доказательства насилия со стороны интимного партнера-психопата, такие как уголовные дела, Приказы о насилии в семье, Приговоры о запрете в отношении психопатического агрессора и медицинские доказательства травм, понесенных взрослыми и детьми-жертвами, игнорируются или отклоняются как несущественные такими специалистами.

Такие ситуации профессионалы теперь называют «случаями высокого конфликта», хотя совершенно ясно, что это ситуации вызваны агрессивным поведением  агрессора / мучителя / преследователя и их жертв. Легко увидеть, как случаи в Австралии и США были незамеченными, когда агрессоры / преследователи / мучители смогли убедить членов своей семьи, родственников и соратников в том, что они были разумными и нормальными людьми. То же самое часто происходит в других случаях насилия и даже убийства, когда соседи сообщают, что обвиняемый убийца - хороший и дружелюбный сосед. Они не признают аспекты Джекила и Хайда в уловках и тактике психопата, а также в отношении  тех, кого они эффективно убедили в своих достоинствах и невиновности.

Высокий уровень конфликта, который обычно возникает в таких случаях, чаще всего порождается соответствующими действиями юристов, обусловленными состязательным судебным процессом, чья собственная главная цель - «победить», какой бы ни была справедливость и моральная цена  результата.

Поэтому нетрудно понять, как психопат может легко заслужить сочувствие и поддержку некоторых специалистов, вовлеченных в систему семейного права, и убедить их отказаться от своей профессиональной объективности и беспристрастности. Обвиняя других, психопат будет утверждать, что бывший партнер психически болен, хотя  в некоторых случаях бывший партнер может страдать от сложного посттравматического стрессового расстройства  (ПТСР)после многолетних физических, психических и сексуальных надругательств и насилия. Это часто неверно истолковывается и ошибочно диагностируется как пограничное расстройство личности или похожими психиатрическими терминами.По сути, это классический сценарий «обвинить жертву».

Авторитетные  профессионалы в таких случаях  позволяют психопату достичь своей главной цели, которая заключается в том, чтобы удерживать свою  власть и контролировать своих жертв, своего бывшего партнера и общих детей. Это акт мести и злобы, но в основном он заключается в том, чтобы удерживать власть, контроль и чувства превосходства, удовлетворяя  нарциссические потребности в собственной грандиозности и власти. «Я безупречен и безупречно и контролирую всю свою среду» - тайные  мотивы действий  психопата, и «я могу продолжать безнаказанно продолжать свои пытки в отношении моих жертв» - это цель продолжающегося  поведения психопата.

Семейный закон и положения об их совместном воспитании, а также его применение Семейными судами стали удобными  инструментами для использования психопатами.
 
Чарльз Прагнелл - независимый адвокат по делам детей и семьи

 

КОММЕНТАРИИ

миро

29 октября 2011 года в 0:06

Эта статья точно описывает, что происходило со мной в течение последних трех лет. Мне сказали «не нападай» на свою жену, ты будешь злиться, и это будет использовано против тебя. Это не помешало мне подвергнуться «юридическому нападению» со стороны моей бывшей жены. Суд поверил всей лжи моей бывшей жены. Когда я указал на доказательства домашнего насилия, эмоционального насилия над моими детьми, черепно-мозговой травмы моей бывшей жены и моего лечения депрессии, то суд просто проигнорировал все это. Я разослал эту статью врачам и юристам, участвующим в моем деле, даже в коллегию адвокатов, чтобы рассказать им, как доказательства серьезной психопатологии игнорируются в «интересах детей». Никто не скажет мне, что я не прав. Существует «заговор молчания», когда дело доходит до психопатии.

 Чарльз Прагнелл

26 января 2012 года в 11:06

Некоторые из юридических и судебных кругов имеют высокую степень нарциссизма, а некоторые на самом деле могут сами быть психопатами, образуя смертельную комбинацию. Судьи Суда по семейным делам имеют почти полную личную власть  относительно  того, что они признают в качестве доказательств и как они оценивают такие доказательства. Серьезные предубеждения и предрассудки очень очевидны во многих случаях, а также значительный недостаток знаний о потребностях и правах детей. Затем это становится «Трагедией ошибок» судебных решений.

Психиатры уклоняются от психопатов. Главным образом потому, что они знают, что их состояние - это не поддающееся лечению неврологическое расстройство (нарушение работы мозга от рождения, вероятно, из-за дефектного гена), а во-вторых, потому что они боятся психопатов и вреда, который они могут причинить. Обратите внимание  на число убийств из мести за детей психопатическими родителями, такими как Дарси Фриман, дети Фаркухарсона, Язмин Акар и многие другие после решений Суда по семейным делам, которые не соответствовали желаниям и требованиям этих родителей.

Мое лучшее описание событий в семейных судах - это моральное и этическое безумие.

Каждый собирает свои «кусочки золота» и уходит, не задумываясь о страданиях и боли, которые они причинили другим.

 Чарльз Прагнелл

26 мая 2012 в 23:01

Я сейчас гораздо более оптимистичен относительно того, что изменения происходят. Жертвы системы Закона о семье все чаще выражают протест, и нынешний случай с четырьмя девушками в Квинсленде выявил многие недостатки и недостатки, о которых исследователи, ученые, защитники прав детей и родители свидетельствуют в течение многих лет. Сейчас существует огромная общественная и политическая обеспокоенность в связи с работой семейных судов, когда эта работа была раскрыта в средствах массовой информации, будучи скрытой завесой секретности, предусмотренной законом. В частности, манипуляции с законом и судебным процессом были показаны как морально недостойные с полным  отсутствием эмоционального сострадания, которое  необходимо применять в решениях, касающимся ухода, благополучия и безопасности детей.

Я действительно полагаю, что изменение возможно, однако скорость и характер этого изменения очень трудно предсказать, поскольку существуют очень значительные заинтересованные стороны, которые будут противостоять таким изменениям и будут энергично сопротивляться изменениям и стремиться сохранить статус-кво.

 Кит

28 декабря  2016 в 12:30 

Я страдаю от той же проблемы и, прочитав это, подтверждаю  выводы, к которым  я пришел по отношению к моему бывшему партнеру, матери моего 4-летнего сына.

Она постоянно меня унижала и постоянно говорила, что у меня какое-то психическое заболевание, и я начал ей верить, поэтому пошел за помощью, прошел тесты и понял, что на самом деле я полностью психически здоров. Когда м вступили  в судебные баталии, тогда, если она хочет от меня чего-то, чего я не хочу ей давать, она сообщает обо мне в полицию, утверждая, что я манипулирую ее  и подвергаю ее жестокому обращению. Причем  каждый раз, когда она находит адвокатов и таких людей, которые  ей симпатизирует и все подтверждают ее утверждения. У нее есть судебные решения против меня, и она намерена полностью контролировать меня, всегда выступая в качестве  жертвы. Я британец и должен жить в стране, из которой она родом, чтобы быть рядом с сыном. Ей все равно, что она делает, но важно только то, что люди думают о ней, поэтому она постоянно играет роль жертвы, чтобы продолжать получать то, что она хочет.

Это ужасно, и я сильно страдаю без конца от бессилия, так как суды всегда верят в эту историю рыдания от их соотечественника, а не от меня, иностранца, живущего в полностью расистской части Испании.

Она унижает  меня на каждом шагу. Я всегда стараюсь сделать все возможное для нашего сына и живу с этой надеждой, что если я поступлю правильно, достойно  и буду добрым, прощающим человеком, то все будет хорошо, но я действительно вижу, чтоя имею  дело с психопатом и не знаю, куда обратиться.

Любой совет будет принят с благодарностью.

 mjsquatch

5 февраля  2017 года  в 7:56 am

Эта статья и комментарии очень полезны. Сейчас я прохожу через это с супругой, которая, как мне кажется, имеет серьезное расстройство личности. Она всегда должна была быть права и стараться все контролировать, и никогда не позволяла себе оспаривать свои совершенно иррациональные решения как  родитель. Она годами безостановочно проявляла ко мне неуважение, и в конце концов мои дети уловили это и полностью вышли из-под контроля (прогулы, физическая агрессия ко мне, общее неуважение к нормам общества).

Моя жена обвиняла меня в том, что все их поведение становилось все более и более недопустимым, и звонила в полицию каждый раз, когда я пытался обеспечить  дисциплину. Представьте, что ваш ребёнок ударил кулаком в лицо, а Вас вызывают  в полицию и затем допрашивают о вашем поведении. В какой-то степени я усвоил представление о себе как о психически больном. Я отчаянно пытался справиться с ситуацией и улучшить себя с помощью терапии, лекарств, занятий медитацией и т.д. Ничего не помогало, и она никогда не предпринимала ответных усилий.

У меня начался психический срыв, и в конце концов моя жена выгнала меня после того, как я противостоял ей и сказал, что больше не могу это терпеть (никогда не делал ничего иного, кроме того, что кричал и плакал). Для контроля ситуации она «щедро» позволяет мне видеть детей, если она находится под присмотром моей  матери, Она даже формально жаловалась моему адвокату, когда узнала, что мой ребенок спал в моем гостиничном номере, а не в гостях у мамы.

Я подал иск для разумного посещения, с которым она борется, заявляя о «заботе о моем психическом здоровье». Через месяц будет еще одно слушание, и я решил начать с более жесткой позиции и бороться за своих детей. Общаясь с учителями и терапевтами, я обнаруживаю, что с тех пор, как меня не стало, все стало намного хуже для моих детей. Я документирую все. Я начинаю бояться того, что происходит с моими детьми.

 Кен Фокс

15 апреля 2017 года  в 4:57

 

Вся тема для меня заполнена моральными трусами. Никто из них не заботится о справедливости. Они заботятся о том, чтобы выиграть как юристы и как судьи, или обойтись без апелляции. Правды нигде не найти. Я человек, на которого напали физически, эмоционально, материально, и мучили, потому что у меня есть дети, которых я люблю и которых удерживает  от меня лжец с влагалищем. Правда заключается в том, что женщина хочет лгать, чтобы феминисты  и трусливые судебные приставы доставили ей  контроль, опеку и деньги - все, что ей  нужно. Будь женщиной самой эгоистичной, контролирующей, желающей лгать и эмоционально ранить своих собственных детей, - и ты победишь. И никто не будет заботиться о человеке, которому  в конечном итоге взорвали его мозг. И никому не будет до этого дела. Когда я умру, никому нет до этого дела. Они все скажут, какой это был позор или т.к.  суд принял решение забрать его детей, он, вероятно, был психически нестабилен. Женщина будет окружена феминистами  и профессиональными бездушными трусами, которые наблюдают, как это происходит каждый день, но ничего не делают в плане отстаивания правды  Презрение к суду? У меня нет ничего, кроме презрения к суду по семейным делам - и любой, кто зарабатывает на жизнь в этом фарсе добра и зла, должен быть наполнен такой ненавистью к себе за то, что он помогает злу  или сидит сложа руки. Я хороший человек. Я был хорошим отцом. Я потерял своих детей ни по какой иной причине, кроме поведения женщины, которая плакала и лгала, и это было все, что ей нужно было сделать, чтобы получить деньги и почти разрушить меня. А судья и адвокаты слишком легко поддались  человеку без души. Позор всем вам.

 

Карл Биннинг

28 апреля 2017 года в 23:27

Так много людей пережили то, что я переживаю, у кого-то есть какие-то идеи или учились, как пройти через это, мои бывшие промытые мозги дети боятся меня и зовут меня купить мое имя. Там меня не пугали, и если бы я мог добраться до них, они бы мне все рассказали. Она солгала, чтобы получить РО, а затем посадили меня в тюрьму за преследование, когда дети, испугавшись меня, делали это

Кого я могу получить, чтобы получить детей, чтобы они могли рассказать им, что происходит, я позвонил в cps, и суды, которые не помогают мне, выслушают ее, и адвокат говорит, что я должен начать с самого начала, почему мама делает не так, как я, она обманула и подтолкнула его, но не могу признаться в мошенничестве, когда моя семья пошла навестить детей, она переехала, это безумие

 Cloris

18 мая 2017 года в 15:12

 Отличная статья. Я едва пережил 20 лет пыток в «семейном» суде, как описывает автор. Процесс стоил мне хороших рабочих мест и отношений. С 1993 года по настоящее время я страдаю от экстремальных приступов паники и хронической бессонницы из-за психотравм от преследований со стороны правовой системы. Большинство людей не могут понять умственные и физические потери - они думают, что все закончится, когда дети вырастут.

 Aboom

20 октября 2017 года в 8:21

Большую часть своего времени я размышляю над тем, как исправить больную систему под названием семейный суд. «Гендерная предвзятость» - это большая тема, которая является проблемой, но, возможно, более глубокой, что она маскирует? Это просто отвлекающая уловка? Мне было бы интересно узнать идеи о том, как сохранить гендерные аспекты вне зала суда. Я полагаю, что акцент обоих полов на гендерную предвзятость отвлекает от того, что должно быть в центре внимания, и это неэтичные законы «профессионалов». Бремя дисфункции в системе лежит на их плечах, а НЕ на наших. Если бы они сделали свою работу ПРАВИЛЬНО, у нас не было бы увековечивания дисфункции, которое мы имеем сегодня. Они испорченные, слабые, жадные и ленивые. Хуже всего то, что им все равно. Можете ли вы поверить, что решения о будущем ваших детей принимают люди, которым все равно? Это происходит каждый день, и когда это происходит с тобой, ТОГДА твои глаза открываются тому, что происходит: трагедия за пределами слов.